www.ashgabad.ru

[Холтофф]

«Набукко»: многоплановая комбинация взаимоисключающих факторов

Аркадий Дубнов
[img][/img]



Выступление на международной конференции «Туркменистан — западное влияние: энергетические интересы и политические последствия», 5 марта, Вена


Пару недель назад в Москве с лекцией выступал бывший Генсек НАТО лорд Робертсон. Он, в частности, рассказывал о своей встрече в начале 2000-х годов с бывшим президентом Туркмении Ниязовым. «Он сам себя называл Туркменбаши, — говорил Робертсон, — и первое, что он сказал мне при встрече, было: «Вы либо очень глупы либо очень наивны». И потом почти все время говорил сам, — рассказывал лорд. — Из часа с лишним я говорил всего минут пять. Он сумасшедший, этих людей очень трудно остановить, они делают что хотят», — говорил лорд.

Почему я это рассказываю? Да потому, что встреча бывшего Генсека НАТО и бывшего туркменского диктатора является замечательной моделью отношения Запада с Туркменией и, если хотите, с лидерами Центральной Азии. Это диалог слепого с глухим, где слепой — это Запад, который закрывает глаза на происходящее в регионе, а глухой -диктатор, который ничего не хочет слышать, а хочет только, чтобы слушали его.

Поэтому, когда сегодня мы узнаем о договоренностях, достигнутых между Западом и центральноазиатскими режимами, я хочу сказать: не обольщайтесь! В любой момент вы сможете обнаружить, что они сделают с этими договоренностями все, что хотят.

Вчера парламент Турции ратифицировал Протокол о присоединении к «Набукко» и вчера же, спустя всего несколько часов, комиссия Конгресса США по иностранным делам большинством в один голос одобрила резолюцию, осуждающую геноцид армян. После этого турецкий премьер Реджеп Эрдоган обратился к Бараку Обаме с просьбой не допустить принятия этой резолюции Конгрессом, В противном случае, сказал премьер, ратификация «Набукко» Турцией будет отозвана.

Это пример того, о чем я говорил выше, хотя здесь речь идет о Турции — государстве с гораздо более цивилизованным режимом, чем в Туркмении.

Теперь снова о Туркмении. В эти дни мы наблюдаем чрезвычайную активность высокопоставленных представителей Евросоюза и США, один за другим посещающих Ашхабад, где каждого из них принимает лично президент Бердымухамедов. Ричард Морнингстар (США), Пьер Морель (ЕС), министр энергетики Великобритании лорд Хант…

Эта активность происходит на фоне беспрецедентных заявлений президента Туркмении о готовности к либерализации режима. Есть достаточно много оснований, что это встречное движение не случайно и является свидетельством определенных договоренностей между Европой, ЕС и Ашхабадом. Этот процесс развивается очень интенсивно и должен привести в ближайшем времени к подписанию соглашения между ЕС и Туркмении об обязательствах по будущим поставкам туркменского газа в систему «Набукко». Процесс сближения приобрел новое дыхание после визита Бердымухамедова в начале февраля в Париж. Николя Саркози, по нашим данным, четко дал понять туркменскому президенту, что он сам должен помочь европейцам отстаивать интересы Туркмении на Западе, где имидж Ашхабада чрезвычайно плох, что связывает возможности публичного лоббирования тесных связей ЕС и Туркмении.

Бердымухамедову было настоятельно предложено заговорить хотя бы о демократизации и либерализации, что он и начал тут же делать, вернувшись домой. Отсюда его вызывающие усмешки предложения «желающим» основать оппозиционную партию, которую власти тут же зарегистрируют, улучшить положение в туркменских тюрьмах, сократить сроки максимального заключения с 25 до 15 лет.

Вполне понятно, что 2 марта на встрече с президентом Туркмении спецпредставитель ЕС по Центральной Азии Пьер Морель заговорил уже об «одобрении реформаторского курса» Бердымухамедова. Однако, никто не знает о его действительных планах относительно реформирования, и зная происхождение этого человека, нетрудно предположить, что за этой риторикой нет ничего реального. Нужно смотреть правде в глаза: эти лидеры не могут позволить либерализацию, поскольку она будет угрожать их личной власти.

Следовательно, Запад, что называется, играет с Ашхабадом в поддавки, при этом рискуя потерять собственное лицо. Фактически Запад несет ответственность за укрепление деспотического туркменского режима, который при его поддержке научится использовать демагогию, чтобы манипулировать западным общественным мнением к своей выгоде.

Ашхабад, прежде чем ЕС станет подписывать с ним соглашение, обязан реально продемонстрировать свою искреннюю готовность к реформированию, и начать следует с амнистии политических заключенных по делу о так называемом покушении ни Ниязова в ноябре 2002 года. Или хотя разрешить допуск к ним родственников и наблюдателей Красного Креста. Вместо этого туркменские власти начали строительство новой, «культурной» тюрьмы в пос. Яшлык в нескольких километрах от Ашхабада, куда, возможно, в первую очередь будут допущены наблюдателей МККК.

Есть понимание, что в конце апреля — начале мая в Брюсселе будет подписан меморандум со всеми возможными производителями о поставках газа в «Набукко», а вероятно, и с потребителями в Европе. Высокопоставленные визитеры уговаривают Бердымухамедова подписать меморандум и взять на себя обязательства, объясняя, что без таких обязательств ЕС не может получить гарантии финансирования проекта от банков и международных финансовых институтов. Но Туркмения отвечает, что не может подписать обязательства на поставку газа без гарантий покупки определенных его объемов на несколько лет вперед.

Теперь о ситуации непосредственно с «Набукко». Если бы этого проекта не существовало, его бы надо было выдумать, поскольку все проблемы, с ним связанные, поразительно точно иллюстрируют запутанную ситуацию на шахматной доске огромного региона Центральной и Передней Азии, Каспия и даже всей Европы.

Если анализировать эту ситуацию, то мы обнаружим многоплановую комбинацию зачастую исключающих друг друга факторов.

Для «Набукко» нужен туркменский газ.

Туркмения даст согласие, если найдутся средства построить транскаспийский газопровод.

Это возможно, если будет достигнуто примирение в отношениях между Ашхабадом и Баку.

Это невозможно до тех пор, пока будут возражать Россия и Иран, ссылаясь на неурегулированный статус Каспия и экологическую угрозу газопровода под его дну.

Россия и Иран будут продолжать оттягивать заключение этого соглашения, но по разным, взаимоисключающим друг друга причинам.

Россия будет тянуть до тех, пока не построит Южный и Северный потоки, что сделает в известной мере бессмысленным строительство «Набукко».

Иран будет тянуть, так как ему выгоднее самому поставлять свой газ в «Набукко», а Туркмения с ее газом является прямым конкурентом Ирану.

Но, учитывая нынешнюю ситуацию вокруг Ирана, трудно себе представить, что Иран и «Набукко» смогут сочетаться «законным браком».

Далее — фактор Азербайджана: Россия будет по-прежнему прилагать все усилия к тому, чтобы сделать более выгодным для Баку продавать свой газ России либо транспортировать через нее в Европу. Кроме того, Россия будет стремиться шантажировать Баку своим содействием в решении Карабахского конфликта с Арменией в интересах Баку, уводя его от «Набукко».

Кроме того, Баку не станет подыгрывать Турции в ее стремлении стать энергетическим хабом (узловым центром) «Набукко», пока Турция будет заигрывать с Арменией в пику интересам Азербайджана.

Чисто турецкий фактор: Европа сама не захочет быть заложницей турецких амбиций. Кроме того, существующий источник нестабильность на востоке Турции — курды — может повлиять отрицательно на привлекательность Турции для инвесторов.

И, наконец, главное: все эта неопределенность не прельщает международные финансовые институты выделить деньги на «Набукко».

Кроме того, цена вопроса — добиться независимости от России в обеспечении поставок газа в Европу — может быть в будущем нивелирована небольшой, в три раза меньшей, чем Южный и Северный потоки вместе взятые, долей мощности «Набукко». Надо также учитывать падение спроса на газ в Европе, хотя это в будущем может измениться. Есть и геополитический фактор. Германия и Франция, которые серьезно заинтересованы в Южном и Северном потоках, будут лоббировать именно их реализацию.

Российский фактор чрезвычайно важен для понимания политики Баку и Ащхабада. Уроки войны на Кавказе в августе 2008 года заставили опасаться непредсказуемых действий Москвы в защиту своих интересов. С этой точки зрения любопытно будет наблюдать, как Москва, крайне недовольная ныне обструкцией Ташкента своими намерениями в регионе, будет действовать на узбекском направлении. В Центральной Азии всегда очень напряженно следят за тем, что делает Москва с каждым из ее соседей, и очень нервно на это реагируют.

И в заключение следующее. Букувально сегодня, когда мы здесь собрались, происходят и другие важные события, которые так или иначе имеют отношение к перспективе «Набукко». Сегодня с первым официальным визитом в Москву прибывает новый президент Украины Виктор Янукович. Не преувеличивая значение возможного сближения между Москвой и Киевом, замечу следующее: я бы не исключал, что такое сближение при определенных условиях может привести к тому, что Россия сочтет возможным вместо дорогого проекта газопровода «Южный поток» через Турцию вернуться к более надежному и менее рискованному с геополитической точки зрения маршруту экспорта газа в Европу через Украину.

Подобная перспектива может серьезно повлиять и на планы реализации «Набукко». Это я говорю к тому, что анализируя перспективы самого «Набукко», надо учитывать самые разные обстоятельства, в том числе и политические. При этом влияние российского фактора нельзя недооценивать